|
Люстра / ВИЗАНТИЙСКОЕ ЧУДО
Люстра... Даже в самом этом слове есть что-то переливающееся, яркое и манящее. Наверно, подобные ассоциации преследовали французских мастеров,
когда в XVII веке они вводили новое понятие в домашнюю эстетику – хрустальный осветительный прибор на потолке. Хотя, в общем-то, ничего нового французы и не изобрели.
Достоверно известно, что первые подвешиваемые к потолку металлические светильники появились в Византийской империи еще в IV веке.
Предназначались светильники, люстры, прожекторы поначалу только для освещения внутренних покоев христианских храмов и
внешним своим видом были обязаны только богатству владельцев. В маленьких провинциальных церквушках висели обычно достаточно примитивные светильники и люстры из колец , дужек и дисков, а в соборах имперского значения – настоящие произведения искусства, например,
в виде ковчега, ведомого Христом и апостолами. Несколько столетий спустя из Византии эти люстры как и светильники пришли в храмы православной Руси и католической Европы.
Здесь их делали из серебра, бронзы и меди, вычурные, многоярусные и неизменно впечатляющие воображение.
Со временем, однако, сложные церковные люстры все больше и больше стали попадать под влияние сугубой функциональности и заменяться незатейливыми лампадами, подвешенными на длинных позолоченных цепочках. Они без особого труда зажигались, гасились и чистились и очень быстро начали выходить за рамки исключительно религиозной эксплуатации, став прародителями многочисленного семейства первых домашних люстр. Классическая форма последних окончательно сложилась к середине XVII века – подвешенная на цепи круглая основа с расположенными по ее периметру подсвечниками. В XVIII веке люстра подверглась первой серьезной модернизации, вызванной изобретение металлического отражателя. Он представлял собой начищенную до зеркального блеска выпуклую пластину, которая, благодаря отражению, в несколько раз усиливала световую мощь свечи. Благодаря отражателю люстра успешно перебралась с потолка на стену и вместе с литыми родовыми гербами и фамильными вензелями стала новомодным украшением дворцов, особняков и богатых домов. Однако к тому времени уже было совершенно очевидно, что только со стеклом люстра – это настоящий свет и настоящая роскошь.
НЕМНОГО О ХРУСТАЛЕ
Родиной стеклянных люстр считается Венеция. Производили их здесь методом лепки из остывающей массы стекла. Традиционные венецианские люстры представляли собой пучок стеклянных стеблей, растущих из стеклянной чашки. К ним крепились стеклянные цветы и листья изящной работы, выполнявшие роль подсвечников. Все это великолепие подвешивалось на длинных цепях к потолку и отлично сочеталось с входившими тогда в элитный обиход лепниной и зеркалами. Еще солиднее выглядели люстры из хрусталя. Их грациозные кружева из хрустальных подвесок, гирлянд и бус приходили в звонкий трепет от малейшего сквозняка и очарованно переливались в пламени свечей всеми цветами радуги. Вес таких люстр нередко доходил до 200-300 килограммов, а стоимость измерялась просто фантастическими суммами. Украшало хрустальное чудо, как правило, соответствующих размеров гостиные и бальные залы.
Слово хрусталь происходит от греческого «кристаллос», то есть «лед». Но когда смотришь, как радостно играют все цвета радуги в подвесках люстр, вспоминаешь скорее о бриллиантах. Такая ассоциация не случайна, ведь за исключением драгоценных камней ни один материал не способен столь эффективно разложить луч на цвета спектра, как хрусталь. В нем отсутствуют дефекты типа прожилок или пузырьков, поэтому он прозрачнее воздуха и воды. Такое высокое качество достигается благодаря использованию тщательно отобранного сырья и оригинальных производственных методик. Самое интересное заключается в том, что сверкание, игра и блеск хрусталя являются результатом отражения белого цвета. Условие для эстетического светопреломления создает высокое содержание окиси свинца – не менее 30% (оно уменьшает скорость света). Насыщенность цветов также зависит от точности огранки. Хрусталь бывает не только белый, но и разноцветный – голубой, розовый, зеленый. Оттенок свечения этого камня зависит и от его обрамления. Основа каркасов часто покрыта гальваническим золотом 24 карата или хромом. Белый металл делает цвет хрусталя более холодным, а в золоте подвески, в буквальном смысле слова, горят.
ЭВОЛЮЦИЯ СВЕТИЛЬНИКА
Следующее нововведение коснулось источника света. Вставляемые в люстры восковые свечи были крайне неудобны в быту: они сильно коптили, быстро сгорали и, соответственно требовали постоянной замены, что, учитывая специфику конструкции люстр, нередко было делом весьма долгим и утомительным. Проблема была решена только в XIX веке, когда на смену свече пришла керосиновая лампа. Впервые за многие века свет люстр стал таким ярким, что потребовалось его локальное ограничение. Проблему на этот раз успешно сняло приспособление под названием «абажур». Великое изобретение Эдисона люстра встретила уже в технически завершенном виде, и электрическая лампочка ей пришлась очень впору. Не менее тернистый путь в своем развитии прошел и светильник. Его предком была каменная плошка с салом, освещавшая ночной быт еще пещерного человека. Тысячелетиями такая схема светильника оставалась в стороне от принципиальных изменений, совершенствуя лишь свою внешнюю форму и состав содержимого.
Светильники античного мира, к примеру, делались из глины или бронзы и своим видом сильно походили на современную соусницу. В их носик вставлялся фитиль, сбоку крепилась ручка для более комфортной транспортировки при ночных путешествиях по дому, а в качестве энергоносителя использовались различные горючие масла растительного происхождения. И всем светильник был хорош, если бы не одно «но» – чадил он безбожно. Это считалось неизбежной платой за прогресс, пока Леонардо да Винчи не подошел к сути вопроса технически. Он выяснил, что копоть является следствием недостатка воздуха при горении и в качестве панацеи от этой напасти предложил общественности новую модель светильника – с приделанной к нему вытяжной трубкой. Идея прижилась, но связанные с копотью неудобства она устранила лишь частично. Светильник в меру чадил еще пару веков, пока французский аптекарь Кенке не повесил над ним стеклянный колпак, а шведский ученый Аргандом не додумался надеть его прямо на горелку. В сочетании с керосином новый световой прибор стал настоящим бытовым прорывом и оставался таковым вплоть до появления электрической лампы.
По материалам журнала «Столичный антураж»
|
|
